Театральная легенда

25.04.2017 Описание

Не люблю газетный пафос… Особенно, когда речь идёт о театре. В данном случае барабанная дробь и звон литавр звучат особенно фальшиво. Кто хоть немного знаком с «производственным процессом», знает, насколько жёсткий и часто жестокий мир скрывается за бархатом кулис.

«Над входом в главный зал нашего театрального училища висел плакат: «Театр – храм. Священнодействуй или убирайся вон!», – старейшая актриса Рязанского драматического театра Зоя Белова очень любила вспоминать эту фразу гениального русского актёра Михаила Щепкина. И это тот редкий случай, когда не коробило от неверно взятой ноты… Она действительно воспринимала свою профессию как служение. И когда дело касалось театра, бывала беспощадной. В первую очередь по отношению к самой себе.

Признание Незнамова

– Она в день смерти отца играла в спектакле. В «Молодой гвардии»… – рассказывал автору этих строк известный рязанский тележурналист, режиссёр и актёр Валерий Майоров. – Причём роль была не главная. Вполне можно было кого-то ввести. Но она даже никому не сказала о том, что её папа умер… Это потом узнали. С ней рядом было невозможно просто проговаривать текст. Рядом с Беловой актёрский цинизм исключался в принципе. Я это очень хорошо усвоил, ещё когда играл в одном из своих первых спектаклей в Рязани – «Без вины виноватые» по пьесе Островского. Я, вчерашний студент Щепкинского училища, в роли Незнамова и народная артистка Зоя Белова в роли Кручининой. Это была актёрская школа на всю оставшуюся жизнь...

К словам Валерия могу добавить ещё один факт из актёрской биографии Зои Васильевны. Через день после смерти её мамы она играла в комедии Островского «Красавец-мужчина». Администрация театра предлагала заменить спектакль. Белова наотрез отказалась.

И вот что интересно… Белова отнюдь не была фанатиком. Обычно такие люди к своим коллегам предъявляют настолько же жёсткие требования, как и к себе. Да, безусловно, Зоя Васильевна категорически не принимала любую халтуру на подмостках. Но и любое проявление таланта ценила в партнёре бесконечно. И могла простить даже творческие «закидоны»... Не хочу называть фамилий, но многие из ныне здравствующих рязанских артистов могут припомнить случаи, когда народная артистка РФ Зоя Белова буквально вытаскивала их из очень непростых жизненных ситуаций. И только к себе была всегда беспощадной. Хотя…

От обкома до книголюбов

– Моим главным критиком всегда оставалась мама, – вспоминает известная российская актриса Ирина Розанова. – В профессиональных вопросах она была бескомпромиссна. Любые проявления актёрской звёздности на дух не переносила. Во многом благодаря Зое Васильевне мне удалось пройти через искушение «медными трубами». Скромность и трудолюбие – два главных принципа творческого существования, которым мама никогда не изменяла.

С Ириной Розановой мы – давние знакомые. И могу быть свидетелем: Зоя Васильевна была категорически против актёрской карьеры своей дочери. Когда Ирина в шесть лет пришла в кабинет к тогдашнему главному режиссёру драматического театра и заявила, мол, выучила текст и будет играть роль девочки в спектакле «Дженни Герхард», добрейший Николай Вознесенский не смог устоять перед столь обоснованной просьбой. И нарвался на очень серьёзный разговор с мамой будущей кинозвезды, которая в этом же спектакле играла главную роль. Старожилы рязанского драмтеатра рассказывают, что несколько месяцев Белова не разговаривала со своим художественным руководителем. Но что характерно: человек Белова, мама Белова могла себе позволить обиду. Но при этом артистка Белова оставалась примером дисциплинированности и творческой самоотдачи. Это умение разделять личные эмоции и профессию, оставлять все обиды и переживания за порогом театра всегда было редкостью, а сегодня его вообще днём с огнём не сыщешь...

– Как мама умудрялась успевать столько дел в 24 часа, уму непостижимо, – разводит руками Ирина Розанова. – Утром репетиция, вечером спектакль. Хорошо, если на стационаре, а то и выездной, в сельском клубе, когда в Рязань возвращались далеко за полночь. Двое детей… Муж – артист, который так же в бытовом смысле немногим отличается от непослушного дитяти. Плюс обязательные два часа занятий йогой, которые позволяли ей поддерживать себя в прекрасной физической форме всю жизнь. Плюс огромное количество различных общественных нагрузок, к каждой из которых она относилась одинаково ответственно. Начиная от должности секретаря парторганизации и члена бюро обкома и заканчивая членством в областном обществе книголюбов...

Я намеренно подробно не останавливаюсь на актёрской биографии Зои Беловой. Она достаточно хорошо известна. И опять редчайший случай, когда трудолюбие и отношение к профессии сочетались с безусловным талантом и благосклонностью театральной фортуны. Так стоит ли перечислять сценические удачи? Более 40 лет рязанские театралы ходили в «драму» на Белову. На мой взгляд, этого вполне достаточно… Однако не могу не вспомнить две роли, два спектакля, которые лично для меня стали открытием. Во всяком случае, такой Беловой я ещё не видел.

Великолепная Валендра…

Думаю, не открою Америки, если скажу, что амплуа «социальной героини» с годами становилось всё более тесным для Зои Васильевны. Как и режиссёрская стилистика Николая Вознесенского. Надо отдать должное актрисе, она это очень хорошо понимала, что в театре встречается не столь часто… Поэтому с такой радостью шла на контакт с молодыми режиссёрами. Когда Евгений Рыжик предложил ей роль Раневской в чеховском «Вишнёвом саде», сразу согласилась. Ох, сколько было ироничных шепотков за кулисами до и после премьеры… «Белова и Чехов – это совершенно несовместимо…». Актёрский коллектив – своеобразное сообщество. Сочувствие и поддержка встречаются здесь крайне редко…

Я не поклонник этой чеховской роли Зои Васильевны. И всё же намеренно сегодня вспоминаю именно о Раневской. Да, попытка актрисы вырваться из рамок амплуа оказалась не слишком удачной. Тема матери, столь любимая Зоей Васильевной, в режиссуре Евгения Рыжика рассматривалась слишком непривычно. Я сам работал в этом спектакле и помню, как мучительно Белова пыталась адаптировать чеховский текст, совместить его со своим виденьем темы. Не получилось… Но, согласитесь, в данном случае эта та самая неудача, которая стоит многих побед. «Сумасшествие замысла», о котором писал в своё время Мейерхольд. Бесценный профессиональный опыт. И кто знает, не было бы Раневской, состоялась ли, на мой взгляд, одна из лучших ролей Зои Васильевны – Валендра в прекрасном спектакле Валерия Майорова «А завтра была война»?

Возможно, я ошибаюсь, но это была если не единственная, то одна из очень немногих «отрицательных» ролей в биографии актрисы. Убеждённая «сталинистка», безжалостный «шкраб» (этой жуткой аббревиатурой называли в СССР школьных работников) с бесцветной внешностью и совершенно рыбьим взглядом. Честное слово, за партой в нашем сценическом классе мне становилось по-настоящему страшно, когда Валендра тихим голосом задавала свои иезуитские вопросы… Отличная работа, когда профессионализм отходит на второй план и персонаж начинает жить собственной жизнью.

Два года назад Зоя Васильевна Белова умерла… Но одно из чудес профессии состоит в том, что в пространстве театра талантливый актёр не умирает. Он просто уходит в легенду… В переводе с греческого имя «Зоя» означает «жизнь». И даже смерть с этим ничего не может поделать.

МЕЖДУ ТЕМ: Чехов до премьеры пьесы настаивал на том, чтобы в названии «Вишнёвый сад» ударение делалось на первом слоге. Однако после спектакля в МХТ переменил своё мнение. «Ви́шневый сад» – это деловой, коммерческий сад, приносящий доход. Но «Вишнёвый сад» дохода не приносит, он хранит в себе и в своей цветущей белизне поэзию былой барской жизни», – так объяснял свою позицию писатель.

Автор: Михаил Колкер
Вернуться к списку

Архив номеров

         

    
Задать вопрос редакции