Когда выходишь на эстраду…

13.11.2018 19:00:00 Описание

Именно с этих слов, как вы, наверное, помните, начинал свои выступления незабвенный артист Москонцерта – «мастер художественного слова» Аркадий Велюров из прекрасного фильма Михаила Козакова «Покровские ворота». По мнению Аркадия Варламовича, прежде всего, нужно было объяснить зрителю: «Кто ты, зачем и почему?». Этого принципа придерживались многие артисты и в реальной жизни.

В начале 70-х в Рязань на гастроли приехал театр балета под руководством Леонида Якобсона. Без всякого преувеличения, это было сенсацией. Помню радостное волнение моих родителей: сегодня мы идём на Якобсона... Признаюсь честно, шестикласснику Мише Колкеру эта фамилия ни о чём не говорила. Хотя публика, интересующаяся балетом (а такой в Рязани в те годы было немало), прекрасно знала фамилию легендарного ленинградского балетмейстера. Некоторые местные «балетоманы» даже специально ездили в Ленинград, чтобы увидеть спектакли созданного им театра.

Скука смертная...

Что же касается моих личных балетных впечатлений, на тот момент они сводились к обязательной культурной программе для мальчика из интеллигентной семьи – «Щелкунчик», «Золушка», «Лебединое озеро»... В общем, скука смертная. С удовольствием остался бы дома и пообщался с приятелями. Но мои робкие возражения, конечно, никого не убедили.

И слава богу! Спектакль «Хореографические миниатюры» я в подробностях помню до сих пор.

– Якобсон был первым, кто в советское время покусился на «священную корову» – каноны классической хореографии, – вспоминает свои впечатления от того давнего спектакля известный рязанский балетмейстер Галина Виноградова. – Позже, когда во Франции я увидела нашумевшие спектакли с участием Рудольфа Нуриева, сразу с гордостью вспомнила о Якобсоне. Его спектакли были другими и о другом... Но по новаторству ничуть не уступали лучшим образцам европейского балета.

Вместо Франции в Рязань

К воспоминаниям Галины Дмитриевны прибавлю, что Леонид Якобсон был первым, и долгое время единственным, кому в СССР удалось «пробить» создание автономного балетного коллектива. До него балет мог существовать лишь в рамках «совместного проживания» с оперной труппой.

Театр Якобсона много гастролировал по Европе. Французский балетмейстер Морис Бежар, известнейший представитель стиля модерн, признавался, что одно время был под влиянием хореографии Якобсона.



А спектакли Якобсона на родине то разрешали, то запрещали... Уж больно неординарным и ни на что не похожим было то, что он предлагал зрителю. Кстати, на гастроли в Рязань «Хореографические миниатюры» попали благодаря тому, что в очередной раз их создатель оказался в опале, и ему запретили поездку во Францию.


– Это был удивительный спектакль, – продолжает рассказ Галина Виноградова. – Он состоял из отдельных танцевальных шедевров: оживших скульптур Родена, картин Шагала, музыки Грига, Скрябина, Дебюсси, Рахманинова… Впервые мы увидели, что языком пластики можно говорить так современно и, в то же время, о вечном. В постановке были представлены все жанры: утончённая эротика в «Поцелуе» Родена, трагифарс в «Свадьбе» Шагала, лиризм и трагичность в «Любительнице абсента» Пикассо на музыку Шостаковича…

Эстрадное противостояние

Сегодня я понимаю, что во многом тот давний спектакль сформировал мою собственную шкалу ценностей. И не только в области хореографии. Познакомившись с поэзией Пастернака и Ахматовой, просто невозможно воспринимать всерьёз стихи Асадова. Так и по-настоящему талантливые спектакли определяют, и уж простите за банальность, воспитывают наше чувство вкуса, а также неприятие пошлости в любых её проявлениях.

В тех же 70-х на сцене Рязанской филармонии выступал прославленный эстрадный дуэт: Мария Миронова и Александр Менакер. Это был фейерверк искромётного юмора и актёрского мастерства... Известная пара работала в жанре бурлеска, требующего от исполнителя способности к мгновенному перевоплощению. Миронова и Менакер справлялись с этой наисложнейшей задачей безупречно. Демонстрируемые ими эстрадные миниатюры были порой на грани фола... Но артисты могли пройти «по лезвию ножа», ни разу не дав повода упрекнуть себя в снижении культурной планки.


Рязанские гастроли знаменитого эстрадного дуэта были интересны ещё и тем, что буквально следом в Рязань должен был приехать Ленинградский театр миниатюр во главе с самим Аркадием Райкиным... 

– Миронова и Менакер были прямыми конкурентами Аркадия Исааковича, – рассказывает народный артист России Сергей Леонтьев. – Я учился в Щукинском училище в одно время с их сыном – будущим кумиром советских зрителей Андреем Мироновым. И был в курсе этого эстрадного противостояния. Хотя, в отличие от дня сегодняшнего, это было честное творческое состязание. Об Аркадии Исааковиче и его спектаклях говорилось исключительно в превосходном тоне и с самым искренним восхищением. Не без некоторой иронии в подтексте, но с безусловным уважением. Насколько мне известно, так же уважительно Райкин всегда отзывался о своих московских коллегах.

Размышления Сергея Михайловича полностью подтверждаются моими собственными ощущениями. Конечно, автору этих строк не были известны подробности взаимоотношений между эстрадными звёздами тех лет. Но разговоры о сценическом противостоянии на эстраде были на слуху у многих. Миронова с Менакером и Райкин, известный чтец, народный артист РФ Дмитрий Журавлёв и представитель другой школы сценического слова Сергей Балашов, Леонид Утёсов и Алла Баянова, наконец... Упаси меня Бог от каких-либо сравнений. Все приведённые мною в пример артисты – профессионалы высочайшего класса. Я о другом. Моя ностальгия, в данном случае, по уровню вкуса и внутренней культуры. По той планке уважения к зрителю, которая была для них нормой. Они могли спорить, обижаться друг на друга, но выносить свои отношения на публику, а уж тем более позволять копаться в своём «грязном белье» – вряд ли. Думаю, в силу их внутренней интеллигентности для них это было невозможно.

Возможно, кто-то сочтёт мои размышления всего лишь брюзжанием, но, на мой взгляд, именно интеллигентности больше всего не хватает на сегодняшней эстраде. Как писал прекрасный российский поэт Давид Самойлов: «Вот и всё. Смежили очи гении... Нету их, и всё разрешено».

КСТАТИ: Известный советский конферансье Борис Брунов был крайне придирчив к литературному качеству эстрадных миниатюр. Рассказывают, что после прочтения «творения» одного молодого автора скетчей Борис Сергеевич с сердечным приступом попал в больницу. Когда его на каталке привезли в отделение реанимации, он пришёл в сознание. Врач спросил: «Вы можете открыть глаза? На что жалуетесь?» Брунов, приоткрыв один глаз, ответил: «На пошлый репертуар!»

Автор: Михаил Колкер
Вернуться к списку

Афиша новогодней столицы

     
Задать вопрос редакции