Прогулки по Светланке

16.11.2016 Описание

Все портовые города чем-то похожи друг на друга. На улочках Одессы вспоминается Марсель. Питерские каналы отражаются в дождливой дымке венецианских пейзажей. И не обязательно ехать в Сан-Франциско, достаточно пересечь страну и выйти на вокзале самого крупного порта Приморья – в городе Владивостоке.

Здесь в бухте Золотой Рог бьются о берег волны Тихого океана. Огни теплоходов на ночном рейде манят и не дают уснуть влюблённым и поэтам. А каждый мальчишка мечтает стать юнгой на океанском лайнере и увидеть далёкие берега и страны.

Владик… Так ласково называли город в советские времена. Это имя стало почти официальным. Во всяком случае, выступая на открытии наших гастролей в 1984 году, второй секретарь приморского крайкома КПСС товарищ Елисеев приветствовал труппу Красноярского драматического театра от имени жителей Владика. И эта фамильярность была полностью одобрена зрительным залом.

Впервые в этот удивительный город я попал после окончания второго курса театрального института. Нас отправили в стройотряд на плавучий рыбоконсервный комбинат, который базировался в бухте Золотой Рог, примерно в 30 кабельтовых (около пяти километров) от Владивостока. От Красноярска до Владика мы добирались на поезде три с половиной дня. Дорога – вот первое яркое впечатление от той давней поездки…

От Волги до Амура

– Я тоже впервые ехал к Тихому океану по железной дороге, – поддерживает мои воспоминания артист Рязанской филармонии Евгений Антонов. – Наша концертная бригада должна была три месяца выступать в Хабаровске, Благовещенске, Комсомольске-на-Амуре. А начинался гастрольный тур с Владивостока. До него от Москвы мы добирались чуть больше семи суток. И эту дорогу я вспоминаю до сих пор...

Советского артиста было трудно удивить путевыми впечатлениями. Но даже у привычных к гастрольной жизни служителей Мельпомены панорама необъятности страны вызывала чувство восхищения. Что уж говорить об обычных гражданах...

– Мой папа родом из Владивостока, и впервые во Владик, к бабушке и дедушке, он взял меня с собой, когда я училась в седьмом классе, – вспоминает рязанский врач Елена Райская. – Сначала мы проезжали Волгу, и я поняла, почему её называют великой русской рекой. Потом был Урал. Красота – неописуемая! Горы, леса, река Белая... Казалось, что красивей ничего и быть не может, но дальше были Енисей и Байкал! Вдоль Байкала поезд идёт почти сутки. И всё это время я практически не «отлипала» от окна. Отцу с трудом удавалось уговорить меня хоть что-нибудь съесть...

Можно ещё долго вспоминать все детали этого уникального маршрута. Небольшие станции, где бабульки выносили прямо к поезду вкуснейшие, ещё горячие сибирские шаньги, копчёного омуля и хариуса. Гигантский барельеф Сталина, выбитый на огромной высоте в гранитной скале над Байкалом. Ультрамарин Ангары на подъезде к Иркутску... Но нас ждёт Владивосток, и уж поверьте, этот город стоит того, чтобы к нему поторопиться.

Маразм особого статуса

До конца 80-х Владивосток был закрытым городом. База Тихоокеанского флота и ряд оборонных предприятий считались объектами повышенной секретности, и официально попасть в город можно было, только имея местную прописку или по специальным пропускам. Но нелегально посетить столицу Приморья было не так уж и сложно. Знающие люди выходили из поезда на предпоследней станции, и оставшиеся пять километров доезжали на автобусе или электричке. Похоже, всю формальность запрета понимали и власти, но тем не менее режим секретности не отменяли. Весь маразм ситуации заключался в том, что закрытым город был исключительно для советских граждан. Ограничить въезд иностранцев было невозможно, иначе бы пришлось закрыть торговый порт.

Советский Сан-Франциско, как и его американский собрат, изначально был построен на сопках. Ещё с дореволюционных времён по его улицам ходил фуникулёр, что заметно облегчало жизнь местным жителям. В первый вечер, отыграв спектакль, красноярские артисты вышли прогуляться на Светланку – главную улицу города. Конечно же, официально она называлась Ленинским проспектом, но, думаю, даже самые убеждённые партфункционеры предпочитали старинное название – улица Светланская... Что ж, и Дерибасовскую дважды пытались переименовать. Но покажите мне хоть одного одессита, который бы когда-нибудь сказал: «Я пошёл на улицу Лассаля»… Да он скорее язык себе откусит. А во Владивостоке свой город всегда любили ничуть не меньше, чем в Одессе.

Светланка… Первое, что поражало на этой улице, – разноязычие. Английский, французский, японский, китайский... Огромный торговый порт, где швартовались суда со всего мира, каждый вечер выплёскивал на Светланку мореманов (так испокон века во Владивостоке называли моряков) всех народов и рас. Главный городской проспект начинался от центральной площади Борцов Революции и тянулся до Морского вокзала, около которого круглосуточно сверкал огнями интуристовский ресторан «Золотой Рог». Здесь по выходным можно было увидеть единственное в СССР ночное шоу со стриптизом.

Приморское изобилие

С первых же дней нашего пребывания во Владике стало понятно, что особый статус города не нуждался ни в каких официальных подтверждениях. Ну, посудите сами: японские и американские сигареты можно было приобрести практически на каждом углу, причём торговали ими в обычных табачных киосках. Естественно, «Мальборо» и «Кэмел» за полтора рубля не лежали на витринах, но, протягивая продавцу вышеозначенную сумму, можно было не сомневаться, что «Приму» или «Астру» вам на неё не предложат.

– У Владивостока уже в советские времена были заключены торговые договоры с Японией и Китаем, – проясняет экономическую ситуацию 80-х рязанский учитель истории Николай Ефремов. – Кроме того, часть товаров, идущих транзитом через порт, неизбежно оседала в торговой сети в виде таможенного конфиската. Так что купить японскую аппаратуру или американские джинсы во Владике можно было почти легально и, что гораздо важнее, раза в два дешевле, чем в любом другом городе СССР.

Отдельно нужно рассказывать о продуктах. Что там дефицитная колбаса или сосиски… Именно во Владивостоке автор этих строк впервые увидел в свободной продаже кальмаров и крабов, а также красную икру в деревянных бочках и свежую лососину! Но более всего артистов из Красноярска поразило тёмно-красное мясо кита, которое, стоит честно сказать, по вкусу мало отличалось от обыкновенной говядины.

Стоила вся эта экзотика по советским временам сущие копейки. Китовое мясо – около трёх рублей за килограмм. Лосось – полтора, а литровая банка свежайшей красной икры – пятёрку. Стоит ли говорить, что месяц гастролей в столице Приморского края пролетел для нас очень быстро…

С той поры прошло тридцать лет. Наша жизнь изменилась до неузнаваемости. Нас давно уже не удивляют американские сигареты и японская аппаратура. Но всё так же шумит прибой в бухте Золотого Рога и огни кораблей на рейде манят мальчишек к далёким берегам и странам. А значит, в самом главном жизнь остаётся прежней...

Фото photovladivostok.ru

МЕЖДУ ТЕМ: Главная улица столицы Приморья была названа Светланской в 1873 году в честь фрегата «Светлана». На этом судне во Владивосток прибыл великий князь Алексей Александрович Романов. Это был первый визит в город члена императорской семьи. Как раз в честь этого события улица и была переименована в Светланскую, до этого она называлась Американской.

Автор: Михаил Колкер
Теги: Общество
Вернуться к списку

Архив номеров


    
Задать вопрос редакции