Прощание с ЛТП

29.06.2018 20:04:00 Описание

Почти четверть века назад, летом 1994 года в посёлке Октябрьский Скопинского района закрылся последний ЛТП – лечебно-трудовой профилакторий. Именно в таких учреждениях советских граждан лечили от алкоголизма и наркомании по решению суда...

Естественно, наши коллеги из «Вечерней Рязани» тех лет не могли пройти мимо такого значимого события. И отправились в командировку, чтобы всё увидеть собственными глазами...

«...Побродив по территории учреждения, я сказал начальнику ЛТП-2, майору внутренней службы Александру Николаевичу Головину: «Вот и журналисты у вас по территории разгуливают, как ни в чём не бывало…» – писал в своей статье под красноречивым заголовком «Последние?» корреспондент «Вечёрки» образца июля 1994-го Павел Гресь. «...Александр Николаевич, снисходительно посмотрев на меня, ответил: «Да здесь за двадцать лет, не то, что журналисты, члены Союза писателей месяцами асфальт топтали!».

Именитые клиенты

Начальник службы исправительных дел и социальной реабилитации УВД Рязанской области подполковник внутренней службы Иван Белов объяснил любопытному журналисту, что приказом профильного министерства ЛТП преобразуют в колонию строго режима. И, дескать, уже проводятся все необходимые работы, чтобы в ближайшее время принять на перевоспитание более «серьёзный» контингент...

От себя замечу, что востребованность лечебно-трудовой профилактики у определённой части советской творческой интеллигенции подполковник Головин ничуть не преувеличил. В разное время клиентами ЛТП были поэт Геннадий Шпаликов и писатель Венедикт Ерофеев, художник Леонид Збарский и скульптор Михаил Шемякин. Буквально на волоске от этого популярного метода воздействия на антиобщественных элементов много раз «висел» Владимир Высоцкий.

Среди рязанских писателей и поэтов некоторые хорошо известные персоналии так же побывали на перевоспитании в посёлке Октябрьском. По понятным причинам не называю фамилий. Думаю, вспоминать эту подробность биографии им было бы не слишком приятно.

Алкоголик – уже преступник?

А в 1994 году нашего коллегу интересовали вопросы, связанные с дальнейшей судьбой производственной базы Скопинского ЛТП-2...

«...– Как на любом производстве у нас действовали столярный, токарный, а также сварочный цех», – разъяснял журналисту Иван Белов. – «...Плодотворно работали с конденсаторным и телевизионным заводом. Обладатели телевизоров «Сапфир», наверное, и не знают, что вся металлическая начинка их аппаратов изготовлена руками лечащихся в ЛТП».

Лично у меня, от беседы Павла Греся с начальником службы социальной реабилитации осталось ощущение какой-то недосказанности. Ну, предположим, по каким причинам подполковник сожалеет о закрытии ЛТП, я ещё понять могу. А вот почему журналист пытается читателя убедить в том, что здесь, действительно радостным трудом возвращали обществу «заблудших» любителей злоупотребить алкоголем мне, честно говоря, не совсем понятно.

Насколько мне известно, советская система лечебно-трудовых профилакториев базировалась на твёрдом убеждении: алкоголик опасен для общества, и его нужно изолировать, и лечить принудительно. При этом «изолировать» стояло на первом месте. Для юстиции в СССР любой алкоголик считался потенциальным преступником.

Официальная советская медицина с большим трудом соглашалась признать алкоголизм тяжёлой, и, часто наследственной болезнью. Отсюда и подведомственное подчинение лечебно-трудовых профилакториев не министерству здравоохранения, а системе исполнения наказаний. То есть, по сути дела, двухгодичный срок, который отбывали здесь по решению суда, вполне можно было приравнять к пребыванию в колонии общего режима. Во всяком случае, люди, побывавшие и там и там, считали именно так. Да, иногда, срок мог быть и не таким большим. Но, чаще суды давали пьяницам и дебоширам возможность «излечиться» по полной программе.

СПРАВКА «ВР»: Указ Президиума Верховного Совета РСФСР «О принудительном лечении и трудовом перевоспитании злостных пьяниц (алкоголиков)» вышел в свет 8 апреля 1967 года. Им предписывалось, что в ЛТП должны направляться лица, «уклоняющиеся от лечения или продолжающие пьянствовать после лечения, нарушающие трудовую дисциплину, общественный порядок или правила социалистического общежития». Срок пребывания в ЛТП устанавливался от 6 месяцев до 2 лет. Решение о направлении сюда принимал местный судья. За побег из профилактория грозила уголовная ответственность.
Единственной советской республикой, в которой за годы действия указа так и не открыли ни одного ЛТП, была Армения. К слову, в столице Армении – Ереване, при советской власти также не открыли ни одного медвытрезвителя. 

Кастрация – не лучший способ... 

Хотя, возможно, я и не совсем справедлив к автору той давней «вечёркинской» статьи. Во всяком случае, в финале разговора Павел Гресь отмечает:

«...Ситуация с роспуском ЛТП не такая уж и простая, как кажется на первый взгляд. С одной стороны – было достаточно много перекосов в самой законодательной базе работы лечебно-трудовых профилакториев. Например: почему срок пребывания в ЛТП определял судья после десятиминутного знакомства с кандидатом, а не врачи? И почему об участии адвоката в деле можно было только мечтать?».

При этом автор статьи был уверен, что «...публика досрочно выпущенная из ЛТП, явно не улучшит криминогенную обстановку. И разрушение системы ЛТП аукнется нам в ближайшее время. Особенно, если учесть, что большинство досрочно освободившихся не сможет при всём желании трудоустроиться. В таком случае путь к стакану для них ещё более сокращается…».

Да, безусловно, в этих словах были свои весомые резоны. Но неспособность общества к цивилизованной реабилитации, это ещё не повод для того, чтобы упрятывать больных алкоголизмом фактически на «зону». Мне вспоминается цитата из творчества прекрасного американского писателя Курта Воннегута: «Кастрация – далеко не лучший способ борьбы с венерическими заболеваниями»...

Мнение профессора

Сравнительно недавно некоторые российские законодатели предлагали возродить в России лечебно-трудовые профилактории. Мол, только так сегодня можно бороться с растущим количеством алкоголиков. Некоторое время назад своё мнение по этому поводу высказал известный рязанский врач-нарколог, доктор медицинских наук, профессор кафедры психиатрии Рязанского медицинского университета Алексей Меринов. 

– Да, в советской системе ЛТП было очень много недостатков. Но, как это ни парадоксально, главным её достоинством было то, что она существовала. Это была хоть какая-то система реабилитации... Конечно, нужно было подчинить её министерству здравоохранения. Это многое бы изменило. Мы же, как это часто бывает, пошли самым не продуктивным, но зато привычным путём. Всё разрушили, не создав ничего нового. Стоит ли воссоздавать лечебно-трудовые профилактории? По моему мнению, стоит. Но еа совершенно иной основе, с целью, в том числе и социальной реабилитации! К сожалению, медицина пока не изобрела медикаментозного средства, которое избавляло бы от алкогольной зависимости. Добиться существенных результатов можно, лишь применяя комплексное лечение...

КСТАТИ: 30 июня 1994 года, в день беседы Павла Греся с начальником службы исправительных дел и социальной реабилитации УВД по региону Иваном Беловым, были освобождены последние лечащиеся и в лечебно-трудовом профилактории № 1, располагавшемся в посёлке Центральном Милославского района. В дальнейшем его помещения были использованы для организации подсобного хозяйства местной исправительной колонии. 

Автор: Михаил Колкер
Теги: Общество
Вернуться к списку

Архив номеров

    
Задать вопрос редакции